Книги / Энн Ламотт «Птица за птицей»

17.01.2016 Комментариев нет
url

На мой взгляд, людям, которые занимаются творчеством окружать себя единомышленниками. Найти свою стаю.  Для того чтобы обсудить производственные процессы, находки и тупики, с которыми мы все время от времени сталкиваемся.   Тогда начинаешь быстрее выбираться из ловушек профессии, начинаешь понимать, как питать вдохновение. Общение с единоверцами полезно и для домашних творца — с ним и так жить непросто и не у каждого супруга или ребенка всегда есть желание выслушивать о прошлом главных героев или вариантах кульминаций.

С близкими по духу чувствуешь себя «нормальным», а не странным мечтателем. Особенно, важно найти близких по духу, писателям. Ведь они работают в одиночестве. Книга Энн Ламотт «Птица за птицей» — тот самый друг и единомышленник. Она настолько откровенно пишет о своих страхах и метаниях, зависти и профессиональных уловках, что у меня появилось ощущение, будто я не читаю, а слушаю более опытного товарища. Собственно, Энн и подтолкнула меня к мысли о том, что писателям нужно общение с коллегами. Помимо поддержки, появятся люди, которые смогут прочесть рукописи и подсказать, что в них стоит изменить. Искать их автор книги рекомендует на писательских курсах, а не на конференциях, где слишком много самодовольства.

 

5 моих любимых цитат из книги «Птица за птицей»

«Нужно написать кусочек. Маленький, как фотография пять на восемь. На сегодня это все. Вот сейчас, например, я напишу только один абзац про место и время действия. Место: мой родной городок. Время: конец пятидесятых, когда у нас еще вовсю ходили поезда. Я нарисую это все как картинку, только словами и на мониторе компьютера. Или опишу главную героиню в тот момент, когда мы впервые ее видим. Вот она выходит из дому на парадное крыльцо. Я даже не стану сейчас описывать выражение ее лица при виде слепой собаки, которая сидит у колеса ее машины. Один маленький кусочек; только то, что можно разглядеть через рамку размерами пять на восемь сантиметров. Только портрет женщины, которая живет в городе, где родилась и выросла я сама.»

 

«Когда вы сами не знаете, что делать, и не можете решить, как поступит в определенной ситуации ваш персонаж, остановитесь и прислушайтесь к внутреннему голосу. Он подскажет решение. Беда в том, что очень многие теряют связь со своей внутренней «капустой» еще в детстве. Если мы в юном возрасте прислушивались к своей интуиции, а потом сообщали взрослым результат, нас часто одергивали, высмеивали, даже наказывали. Не дай бог у ребенка заведутся собственные взгляды и убеждения — уж лучше вши!»

 

«Повествователь должен располагать к себе, это важнее всего. На этом держится весь сюжет».

 

«Самые удачные тексты, что рождались на моих семинарах, писали люди, которые хотели рассказать детям про свою юность или ранние годы самих детей. Какой была жизнь до того, как дети родились, какой стала после? В каком доме сначала жила их семья — например, у подножия холма рядом с белой церквушкой. Или их отец служил миротворцем в дикой африканской деревне, а дедушка плавал на китобойном судне в 1940-х. Помню, на занятия ходил мужчина, который вырос в очень суровой семье баптистов. Они даже устраивали ритуальные омовения ног. Так он написал своим потомкам письмо на двести страниц: про его детство на Юге и как он оттуда сбежал, а потом попал к китобоям на Аляске и там обрел Бога, а однажды в порту наткнулся на собственную мать. Одна женщина написала рассказ в форме письма дочери — про жизнь американки китайского происхождения, которая поехала работать медсестрой в Сан-Паулу. Там было все, что она помнила, что довелось увидеть, услышать, почувствовать, пережить. Часть рассказа она прочла вслух на занятиях. Текст был очень хорош: задушевный, местами смешной, местами очень грустный. Слушатели плакали. Потом эта женщина написала роман, и в основу сюжета легло то самое письмо.»

 

«Проблема всякий раз в том, что люди хотят публиковаться. То есть они вроде бы хотят писать, но на самом деле им надо, чтоб их печатали. Я говорю им: «С таким подходом ничего не добьешься. Представьте себе дверь, в которую мы все хотели бы войти. Так вот, чтобы найти и открыть ее, надо писать. »